Петр Марцев: «В любом случае, перемены в Беларуси будут»

Архив

Ср, 27 Окт 2010. Top, Общество, Политика

Если экономическая ситуация будет очень плохая, кто-нибудь ею воспользуется. Но, я очень не люблю такие варианты в истории. Они всегда малопредсказуемы, чаще всего кровавые, и это в дальнейшем отражается на истории страны. Что подтолкнет существующую власть к переменам? Возможен ли вариант революционных перемен? Кто проиграет, а кто выиграет в случае перемен? На эти вопросы в интервью ответил политолог, главный редактор «БДГ» Пётр Марцев. По его словам, сценарий для нынешней власти – однозначен: либо меняться, либо через 2-3 года наступит коллапс.

Peter Martsev Politologe und Chefredakteur der BDG

– Возможны ли в Беларуси перемены? Есть ли лично у вас ощущение того, что они необратимы и обязательно будут?

– В любом случае, перемены в Беларуси будут. В первую очередь это связано с изменением отношений Беларуси с Россией, Евросоюзом, Китаем. То есть – изменения некой внешнеполитической доктрины, которую Беларусь пытается формулировать. Беларусь уже ушла от финансирования России, то есть она вынуждена зарабатывать деньги или искать какие-то другие дешевые инвестиционные источники.

Экономическая модель в том виде, которая сейчас есть в Беларуси, вряд ли будет кем-либо вообще финансироваться. Поэтому как минимум в экономической модели изменения будут. В принципе, они уже идут – есть программа либерализации, на повестке дня стоит вопрос о приватизации…

Приватизация нас ждет в любом случае, а это уже какие-то перемены, например, изменение законодательства. Как минимум, эти перемены произойдут в любом случае. Естественно, как цепная реакция будут какие-то изменения и в общественной, и политической сферах. Если Лукашенко сохранит власть, то эти изменения будут незначительными. Если не сохранит, то нас ждет политическая реформа.

– К любым переменам должно что-то подтолкнуть. Что это может быть? Сама власть? Россия? Европа? Оппозиция?

– Оппозиция – вряд ли. Это пока незначительный внутренний ресурс. В большей степени это связано с экономикой и социальной стабильностью, которая пока здесь есть. То есть, если развернуто отвечать на вопрос, то Беларусь теряет дешевый российский рынок, дешевые энергоносители, импорт – нефть, газ, и дешевый экспортный рынок.

Более половины экономики Беларуси связано с российским рынком. Если говорить о расходной части бюджета (импорте) – это в первую очередь газ, и доходная часть – реэкспорт нефти и нефтепродуктов. Два-три года газ был дешевый, а сбыт для тяжелой и средней промышленности – гарантированный. Сейчас это проблема.

В отношениях Беларуси и России сейчас политический кризис. Беларуси предстоит очень нелегкий выбор, как ей дальше быть. Потреблять газ по 250 долларов за тысячу кубометров? А это смертельно для экономики Беларуси.

Также непонятно сколько можно будет возить, и как рассчитываться за более дорогую венесуэльскую нефть, обеспечивая доходную часть бюджета… Это проблема, которая уже наступила и будет проявляться и дальше.

Поэтому, я утверждаю, что в любом случае, кто бы не выиграл эти выборы, предстоит очень сложная задача – каким образом, сохраняя социальную стабильность, обеспечить системные реформы и выявить какие-то дополнительные источники доходов в бюджет.

– Давайте более конкретно остановимся на возможных вариантах перемен. Предположим, власть остается та же самая, какие тут возможны перемены, и могут ли они быть в этом случае конструктивными?

– Тезисно я уже об этом сказал. Взаимоотношения с Россией придется каким-то образом восстанавливать. Пока белорусская экономика без российского рынка прожить не сможет.

Поэтому, для того, чтобы каким-то образом обеспечить доходность нашего государства или хотя бы рассчитаться по долгам, нам необходимо проводить более глубокие и системные экономические реформы. Займется этим Лукашенко или нет, я не знаю. Но думаю, он просто вынужден будет это сделать. Если он этого не сделает, то два года – и мы будем иметь серьезные проблемы в экономике.

Я думаю, чтобы восстановить какие-то отношения с Евросоюзом, придется проводить либерализацию. Во что я не очень верю…

Последние два года мы наблюдали попытки диалога Евросоюза и нашей страны. Пока – не результативно. Есть надежды, что после выборов кто-то одумается и вступит в диалог с ЕС. Не знаю… Уже большого доверия на эту тему нет.

Достаточно ли будет только экономических реформ для того, чтобы откупорить рынки и получить какие-то преференции для нашей страны? Я в этом не уверен.

Поэтому, сценарий для нынешней власти – однозначен. Либо она каким-то образом осознает необходимость системных, глубоких реформ, но она тогда сама изменится как власть. Либо через 2-3 года мы придем к какому-то тупику, выход из которого будет уже плохо предсказуем. Так что сценарий для Лукашенко слишком однозначен – либо меняться, либо через 2-3 года наступит коллапс.

– То есть варианта “ничего не делать” для сегодняшней власти, по сути, нет?

– Я думаю, да. Одно достоверно известно – нужны деньги. Просто взять займы уже трудно и недостаточно, нужно что-то продавать…

Продавать нужно государственные предприятия. Как будут продавать, каковы будут правила игры, какие будут приняты законы, насколько они будут прозрачны и понятны для инвесторов – от этого всего, собственно, и зависит результат приватизации.

При правильной приватизации все может быть очень хорошо, и можно заработать приличные деньги в казну. Но, скорее всего, это будет точечная, теневая приватизация. Внешним игрокам будет непонятно, чего ожидать и, естественно, они откажутся.

Все это я говорю для того, чтобы сказать, что, честно говоря, я плохо понимаю, каким образом дальше правящая элита будет сохранять нормальную ситуацию в Беларуси, ничего радикально не меняя. Однозначное решение только одно – надо действительно что-то радикально менять, чтобы выжить.

– А можно ли коротко спрогнозировать, как отразятся такие изменения (если власть остается той же) на нас? На таких группах как оппозиция? Власть? Бизнес?

– При системных и глубоких экономических реформах, при приватизации будут появляться классы людей, которые будут более свободны, которые будут заинтересованы в сохранении гарантий для своей собственности… А, в этом смысле слова, нынешняя политическая система является слабым гарантом.

Будет расширяться политическое поле, появятся сначала общественные объединения, а потом вполне легальные партии, которые будут представлены в парламенте. Таким образом, будет несколько меняться политическая система. Насколько она будет демократична, я не уверен. Но, в общем-то – это уже какие-то изменения политической системы, это уже расширение свобод.

Я думаю, при правильной экономической реформе выявятся дополнительные собственные источники доходов в бюджет – как через налоги, так и через инвестиционные программы, через продажи госсобственности. Если все это правильно делать, то жить станет лучше.

Правда, я думаю, что надежды, что сменится главный персонаж белорусской политики – весьма призрачны. Он сохранится, но если он сумеет провести эти реформы, то, честно говоря, ему когда-нибудь поставят памятник.

– Тот вариант, о котором мы сейчас говорили, можно назвать эволюционными изменениями. А если поговорить о другом пути – революционном? Если во власть приходит другой человек, какие тут возможны перемены?

– Я думаю, что революционный вариант для Беларуси в ближайшее время в принципе исключен. Давайте честно признаем, что все революционные варианты на пространстве СНГ – это государственные перевороты, замаскированные под революцию (улицей, митингами или площадями). Я не думаю, что в Беларуси это произойдет.

Я думаю, что возможен вариант передачи власти – наиболее мягкий вариант. Будет он замаскирован под площадь или нет – это уже вопрос сценаристов, как кто напишет…

Очень теоретически, эта схема может выглядеть следующим образом: Россия, Евросоюз и США не признают итоги выборов, и Беларусь оказывается в политической, и как следствие – экономической изоляции. Тогда достаточно быстро, в течении 2-х лет Беларусь проедает все то, что только можно проесть, власть теряет социальную базу, жить на самом деле будет очень плохо, рынки будут закрыты – как европейские, так и российский.

Это очень тяжелая ситуация, я не желаю, чтобы Беларусь в ней оказалась. Политики должны найти какой-то более или менее компромиссный выбор для того, чтобы белорусский народ не пострадал.

Но, теоретически, такой вариант возможен, более того, он проглядывается по поведению России. Это действительно через 2-3 года повлечет за собой серьезные перемены, когда власть действительно сама изменится, а потом поменяется.

Второй вариант – если в оппозиции наконец найдутся лидеры, которые будут действительно обладать какой-то программой преобразования в стране, которые сумеют донести эту программу не только до элиты, но и до электората… Если появится такой лидер, и если он действительно сумеет найти сторонников, ресурсы, если сумеет вести нормальную системную политическую работу, невзирая на все препятствия внутри страны, так или иначе эта сила изменит ситуацию в стране. И, скорее всего, она со временем придет к власти.

И тогда она проведет нормальную политическую реформу – в первую очередь, конституционную. Тогда может быть нормально проведена экономическая реформа, будут нормально работать суды, будут гарантии для инвесторов и среднего класса, который появится.

И вот тогда, наверное, Беларусь найдет концепцию своего государства, адекватную местным ресурсам, выгодному геополитическому положению, использует его, и будет зарабатывать. И жить станет лучше, жить станет веселей. Это второй сценарий, возможный, но пока действительно чисто теоретический.

Так что первый сценарий более реалистичен (он распадается на два сценария), а второй пока весьма и весьма теоретический. Можно уже как-то оценивать предвыборные программы кандидатов, можно говорить, что у кого-то они более внятны, у кого-то менее внятны, но они не донесены до народа, не донесены до политической элиты России или Евросоюза. Они не известны никому ни там, ни внутри. Ни кандидаты, ни их программы. А до выборов осталось всего ничего.

– Существует такой стереотип, что как только к власти придет кто-то другой, то все сразу же посыплется, развалится… Поэтому многие и боятся смены власти.

– Я вам об этом и говорю – этот стереотип будет всегда, пока не найдется политическая сила, которая потратит основные усилия не на освоение грантов, а на освоение мозгов избирателей, на ежедневную политическую работу – разжевать, убедить, что будет, когда они придут к власти. Вообще политика – это борьба идей, а не людей.

– Мы говорили про эволюционные и революционные перемены, а что насчет еще одного варианта – стихийных изменений? Пока еще экономика держится, но если ничего дальше не предпринимать, то когда-то произойдет обвал и начнутся стихийные неконтролируемые изменения…

– Я думаю, что этот сценарий невозможен. В течение недели или одного месяца все не рухнет. Экономика все-таки как-то работает, что-то производит и что-то куда-то продает. Она сейчас работает в долг. Какой еще долговой ресурс у этой экономики, я сказать не берусь, но я точно знаю, что мы близки к критическому порогу всех наших долгов. И это точно долго не продлится.

Если не предпринимать шаги сейчас, возможно, через год-два экономика не выдержит и тогда, если ни у власти ума не хватит, ни у оппозиционных политиков, может быть начнутся какие-то обвалы, но я думаю, что, скорее всего – нет.

Я думаю, что стихийные изменения для белорусского народа нехарактерны. Голодная смерть белорусам точно не грозит – у нас 62%, а может и больше, населения имеют свои участки, где выращивают все то, чем питаются. И сами белорусы стихийно никуда не выйдут.

Более того, я утверждаю, что очень редко стихийно кто-нибудь куда-то выходит… Всегда появляется какая-то движущая сила, она может быть очень маленькая, но она должна быть.

Крынiца: Наста Манцевич, «Еврорадио»



Материалы по теме: , , , ,



Текущие новости

Календарь

Октябрь 2010
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен   Ноя »
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Курсы валют Нацбанка РБ

Реклама

Текущие новости

Прогноз погоды (Беларусь)

Новости партнеров

Реклама



Рейтинг@Mail.ru